В стране Сергея Есенина — Константиново, Спас-Клепики, Рязань30.09.202515:18Александра Белуза изменить размер шрифта: 1.0xЧеловек не всегда знает, в каком интересном месте родился или живет. Может c восторгом говорить про другие города и страны, а под своим окном белую березу не заметить. У Сергея Есенина в этом смысле был редкий дар видеть красоту своей родной земли. Он «вязал книги из трав», практически всю жизнь воспевая малую родину. И воспел ее так, что сейчас в эти рязанские края едут отовсюду. Тем более год юбилейный: 3 октября — 130 лет со дня рождения поэта.
Основное место паломничества — село Константиново, где Есенин «родился с песнями в травном одеяле» и «по заре и звездам школу проходил». Центральную часть села сейчас занимает музей-заповедник им. Есенина, летом его посетили больше трехсот тысяч человек. Часть построек восстановлена, но кое-что сохранилось еще с тех времен, когда тут рос самый читаемый русский поэт ХХ века. Вот амбар, где Есенин писал стихи летом. Вот воспетый им ковыль. Вот высокий берег Оки — пейзаж с картины Левитана.
Спас-Клепики известны не так сильно. Хотя этот период — три года обучения на сельского учителя — значил для Есенина не меньше, чем лицейский для Пушкина.
В Спас-Клепики — сейчас малый город, а в ту пору богатое ремесленное село в окружении лесов и болот — Есенин приехал в 14 лет. После земской школы поступил во второклассную учительскую школу. Сейчас бы сказали — в педагогический техникум. Деревенский парень был умен от природы, читал запоем. Многое дала и та литературная среда, которую он нашел в Спас-Клепиках, — в лице страстного книгочея Гриши Панфилова, ставшего его лучшим другом, и учителя словесности Евгения Хитрова, читавшего на уроках поэмы Пушкина целиком.
— Именно здесь он сам себя называет поэтом, — рассказывает Ольга Оськина, заведующая отделом музея-заповедника им. С. А. Есенина в Спас-Клепиках. — Среда подтолкнула. Ведь в семье Есенина его занятие творчеством, мягко говоря, не понимали. Как он сам потом писал, дед говорил, что это все пустое. Отец вторил — дескать, Сережа, кто же тебя поймет? Тот отшучивался — поймут лет через сто. А здесь, в Спас-Клепиках, Есенина приняли. Евгений Хитров, прочитав стихотворение «Звезды», сказал, что его можно даже напечатать, и стал серьезно заниматься с молодым человеком поэзией.
Стихи Есенин сочинял даже на уроках — тайно, под партой. Многие учителя ругались, только Хитров защищал — не трогайте, пусть пишет. В 16 лет появится мечта — стать известным поэтом. В столицу Есенин едет уже с целью увидеть свои стихи в печати. Первый автограф адресует Хитрову. «Доброму старому учителю… от благодарного ученика», — напишет на сборнике «Радуница», который выйдет в 1916 году.
Сейчас Спас-Клепики — самый маленький город Рязанской области. Населения меньше пяти тысяч. Уклад почти деревенский. Люди живут в домах с резными наличниками. На работу ходят пешком или ездят на велосипедах. В магазине «Хлебъ» покупатели и продавцы называют друг друга по имени, по утрам пахнет свежими булками. Прохожие обращают на тебя внимание.
Дорогу к музею Есенина — он расположен в здании учительской школы — подскажут все, кого ни спроси. Дом Гриши Панфилова уже не знают. «Кто это?» — поинтересовалась у меня местная жительница. Объясняю, что это лучший друг Есенина, у которого тот часто гостил, даже ночевал, вел задушевные разговоры, читал стихи, спорил о Горьком, Толстом… «Как интересно!» — сказала она мне.
Бывший дом Гриши нашелся на улице Пролетарской. Перестроен и обшит сайдингом. От старого осталось резное крылечко. Нынешний хозяин Александр слышал, что дом как-то связан с поэтом Есениным, но на просьбу рассказать об истории здания ответил несколько смущенно, с улыбкой: «А мы сами не знаем. Купили лет 15 назад у бабки. В доме все старое было…».
В городе еще много мест, где Есенин бывал. Народный дом, где раньше располагалась библиотека. Бывшая почтово-телеграфная станция. Никольская церковь, где будущие сельские учителя пели в церковном хоре и помогали священникам во время служб. А еще Спас-Клепики — это воспетый Паустовским Мещерский край. В общем, много легенд, которыми живет любой малый город. Вот только лучше, если рассказывать их будут сами жители.
Хорошо, когда такие люди есть. Захожу в местный неформальный досуговый центр. Под одной крышей — культурное пространство (организовали три девушки) и краеведческий проект «Мещерская кукушка» (открыла молодая семья). На столе — самовар и свое варенье. Проходят чайные дегустации, мастер-классы, кинопоказы, концерты, другие мероприятия, в том числе для подростков про историю страны.
Но самое интересное — это камерная музейная экспозиция, которая историю Спас-Клепиков и всего района показывает через судьбы конкретных людей. Не обязательно знаменитых. Здесь можно услышать про местного купца-старообрядца Феодота Масленникова, про американку Мэри Рид, которая, поверив в коммунизм, приехала в СССР и была репрессирована. А еще про простую крестьянку Анну Егоровну Синякину. «Это моя прабабушка, — говорит мне соосновательница культурного пространства Екатерина Яшечкина, — по сути, я рассказываю историю своей семьи».
Свою историю — только в стихах — рассказывал и Есенин. Рязанские поля,/ Где мужики косили,/ Где сеяли свой хлеб,/ Была моя страна. Написал в 1925-м, в год своей смерти. Его страной была не империя, где он родился тридцатью годами ранее, и не Советская Россия, где завершил свой путь. Его страной всегда была Русь, где по равнинам «льется березовое молоко» и в счастье ближнего хочется «поверить в звенящей рожью борозде». Он называл ее «страной березового ситца».
Приехав в Рязань, можно узнать, что великий русский поэт был за крестьян не только словом, но и делом. Об этом свидетельствует мемориальная табличка на бывшем здании губернской чрезвычайной комиссии. В 1918 году Есенин пошел в ГубЧК и попросил отпустить мужиков из Константиново, которые — в стране был голод — ограбили баржу (в ней оказался урюк и вобла). Благо начальником оказался его однокашник по Спас-Клепикам, иначе и сам поэт мог бы оттуда не выйти.
Еще одно есенинское место в Рязани — улица Щедрина, уголок старого города. Деревянные домики с резными наличниками и флигельками, редкие прохожие, тишина. При желании можно представить, как по тротуару прогуливается поэт. Сам город Есенин в стихах помянул лишь однажды: «В Персии такие ж точно куры, как у нас в соломенной Рязани…». Хотя — в отличие от Персии — бывал тут, и не раз.
На оживленной Почтовой улице вот уже тридцать лет стоит весовщик Иосиф Пятунин. Каждый день с пяти до восьми вечера, если погода и здоровье позволяют. «Вчера давление поднялось — не смог прийти», — словно извиняется он. Цена не меняется — встать на его точные медицинские весы стоит всего три рубля. Спрашиваю, почему не повышает, ведь инфляция.
«Должен быть островок стабильности в нашем безумном-безумном мире», — отвечает Иосиф Григорьевич и улыбается в бороду. Он давно уже стал городской легендой, при этом прост в общении, встречает шутками-прибаутками, неизменно рад тебя видеть. Есть в нем что-то от старой доброй — есенинской — Руси.
- В том краю, где желтая крапива
- И сухой плетень,
- Приютились к вербам сиротливо
- Избы деревень
