Деревня Лопшеньга на Белом море манит путешественников и искателей правды07.12.202509:00Сергей Михеев изменить размер шрифта: 1.0xЯ сижу один в кромешной темноте на заснеженном крыльце запертого на замок приполярного аэропорта, луч моего фонаря бессильно тает на расстоянии вытянутой руки. Рановато пришел…
— Рискуешь жизнью и здоровьем! Вот, свежие следы, и волчий, и медвежий! — говорит мне подъехавший на мотособаке-снегоходе начальник (а также диспетчер, глава службы безопасности, билетер, кассир, грузчик, мастер подготовки взлетной полосы и смотритель музея) Александр Васильевич Федотов. Это один из самых маленьких в мире аэропортов — в штате воздушной гавани работает только один человек. Деревня Лопшеньга, Онежский полуостров, у Белого моря.
Но по порядку.
Добраться сюда на автомобиле (и то не на всяком) можно лишь в короткий летний период. Потом — только по зимнику. Морем — в период навигации. А в остальное время года — самолетами и вертолетами полярной авиации из Архангельска. Это если погода летная.
Мне пришлось ждать своего вылета в течение полутора суток. Говорят, это обычное дело. Перед посадкой в салон летчики спрашивают, кто докуда летит. Поскольку на маршруте самолет делает остановки в нескольких населенных пунктах, в соответствии с этим распределяют по салону поклажу (здесь нет деления на багаж и ручную кладь). Слышал, что можно провезти и животных, например баранов, — но не более двух. Их следует привязать, чтобы не нарушали центровку самолета. Затем рассаживают пассажиров, здесь для них предусмотрено 10 кресел, расположенных вдоль бортов.
Летают сюда Ан-2, «кукурузники», проверенные временем самолеты-бипланы (с двумя парами крыльев для лучшей опоры на воздух). Для взлета-посадки им достаточно грунтовых аэродромов. В Лопшеньге, например, полосу не чистят, как в московском Шереметьево, а уплотняют, укатывая специальным трактором. И сам полет Ан-2 похож на поездку в «небесном тракторе» — самолет басовито урчит девятицилиндровым звездообразным двигателем АШ-62ИР (конструкции Аркадия Швецова), а за окном виды, словно катишься по простору на огромном колесе обозрения. Под крыльями — тундра и тайга — со всей очевидностью, непроходимая. Как и положено на бездорожье, пусть и воздушном, в «ямах» покачивает.
Своя с большой земли
Прилетел я сюда, чтобы показать вам, как эта деревня живет и для чего жить в нее приезжают такие люди, как Евфросиния Игоревна Капустина, поэт, победитель международного поэтического конкурса «Новые голоса», прозаик, лауреат Литературной премии «Лицей» имени Александра Пушкина, финалист премии «Большая книга». Евфросиния владеет испанским и сербским, переводит поэзию. Окончила Санкт-Петербургский государственный институт культуры (кафедра кино и фотоискусства).
— Дверь будет прикрыта метлой, просто убирайте, заходите и живите! — так начался наш первый диалог с героиней рассказа.
Здесь, в Лопшеньге, в местной пекарне (которую однажды разорил-таки медведь) Евфросиния помогает пожилой работнице выпекать для деревни хлеб и учит детишек и немного их родителей экологической культуре. Топит печи в своем доме-музее, таскает из колодца воду, обустраивает туристов.
Местные угощают Евфросинию рыбой, навагой (вкусная). Еще поэтесса собирает водоросли, ламинарию, морскую капусту, которую если немного приготовить, получается похоже на знакомые с детства консервы из магазина (витамины здесь очень нужны). Ведет блог в социальной сети, участвует в онлайн-конференциях. С мужем, который работает в Петербурге, всегда на связи, а видится в период отпуска.
Трудится методистом отдела экологического просвещения в здешнем школьном лесничестве. Парк «Онежское Поморье» предоставил ей для временного проживания комнату в Визит-центре.
Предыдущую свою книгу «Люди, которых нет на карте» она написала о том, что видела в Гватемале и Никарагуа, где была волонтером медицинской клиники. Теперь общается с северянами и тоже пишет.
— Хочу, чтобы книга получилась честной, не про сладкие пироги и не про горькую разруху. А про правду, про тяжелый труд и про надежду. Ученики мои из очень разных семей, поэтому нет одинаковых историй. И я хочу, чтобы всей правде нашлось место в книге. Я не люблю «путешествовать», потому что тогда я гость. А люблю становиться своей, жить вместе с моими героями нашу общую жизнь, — говорит Евфросиния.
Пока Евфросиния пишет книгу о Лопшеньге и дописывает вторую о 95-летней бабушке мужа, которая родом из вепсских мест Ленинградской области.
Деревня-музей на краю света
Лопшеньга (входит в Национальный парк «Онежское Поморье») сейчас становится «деревней-музеем», в которой экспонаты и жизнь существуют вместе — аэропорт действующий/музейный, зал ожидания и соседние комнаты — экспонаты. Подняться по скрипучей лесенке к начальнику аэропорта в кабинет — пожалуйста, только нужно вежливо постучать.
Проект «Воздушные причалы Белого моря» стал победителем всероссийского конкурса «Музей 4.0», его поддержал в том числе Фонд президентских грантов. Деревенский гостевой дом/визит-центр — тоже наполовину музей поморской культуры, и даже в магазине сберегли советские еще таблички о культуре обслуживания. Работают школа и детский сад, библиотека и дом культуры. В центре — храм Петра и Павла в традиционном стиле северного зодчества. Священник приезжает один раз в год на престольный праздник, в остальное время за храмом приглядывает и мирским чином читает службу местная жительница Татьяна Ивановна.
От крепких изб до берега — рукой подать. И на берегу — край земли, настоящий. В ноги плещет ледяное Белое море, над головой — сумеречное бездонное небо.
Зимой почти всегда темно. Фельдшер приезжает один раз в неделю по понедельникам, ведет прием с 8:30 до 12. Если что серьезное в другой день, то надо вызывать вертолет санитарной авиации. Живут здесь люди суровые, с морем и лесом в согласии, друзей не бросающие, жизнь понимающие.
По деревне многие ездят на снегоходах, советский «Буран» — можно сказать, основная машина-помощник. Если махнуть рукой, едущий остановится и меня, незнакомца, подвезет. Потому, что тут я свой, ведь чужие здесь не ходят.
Достойна внимания эта поморская деревня, издавна вдохновлявшая известных писателей — например, Юрия Казакова, сборник рассказов которого так и называется — «Поедемте в Лопшеньгу». И Михаил Пришвин бывал здесь, описание дома отца Марьи Моревны (душа человека, сама красота) соответствует виду дома Поздеевых в Лопшеньге. Из современников помнят здесь съемочную группу Валдиса Пельша, по итогам работы которой появился документальный фильм «Русский Север. Дорогами открытий».
